Главная

Семья Рерихов
(биография, труды, картины)

Рерих и Украина

Эволюционные действия
Рерихов

Центр-Музей
им. Н.К. Рериха
(г. Москва)

Защита имени
и наследия Рерихов

Дети нового сознания

Магазин
Чаша Востока

 

Афиша          Новости          Выставки          Мероприятия      Публикации

 

Картинная галерея     Электронная библиотека     Памятные даты

Индия - Путями Древних Культур       Видеогалерея

 

С Е М Ь Я   Р Е Р И Х О В

 

 Героическое творчество Елены Ивановны Рерих

Л.В. Шапошникова

Опубликовано: Держава Рерихов. – Т. 1. – М.: МЦР; Мастер-Банк, 2006. – С. 40 – 60.

 

  Н.К. Рерих. Превыше гор - Деталь

…Когда ребенок появляется на свет, многим ли из нас приходит мысль о его предназначении, миссии или о том, какими силами обусловлено его появление? Мы думаем о том, что этот ребенок должен быть здоров, сыт, обут, одет - и в этих заботах не всегда вспоминаем о его духовной сути и особенностях его внутреннего мира, о том, что он с собой принес в этот мир. Подобные заботы ставят ребенка в обычный ряд похожих друг на друга существ, - тех, кто одинаково хочет есть, быть обутым и одетым, ну и, конечно же, здоровым. Материя как бы равняет всех, не позволяя выбиваться из общего ряда.

В маленьком материальном мирке, окружающем ребенка, нет места для размышления взрослых о законах космической эволюции или мирах иных. Тем самым жизнь ребенка осложняется с первых лет его существования, ибо именно масштабы его внутреннего мира отличают его от других людей, ставят его вне общества сплоченных посредственностей. Это "вне" в какой­-то мере и определяет не только образ жизни человека, но нередко и его судьбу, а также и то, сможет ли содержание его внутреннего мира должным образом раскрыться и проявиться.

ХХ век был особенно выделен в истории тем обстоятельством, что к этому времени сложилась целая плеяда индивидуальностей, отличавшихся от остальных своей исключительностью, своими особенностями. И это не простая случайность. Ибо этому веку выпало стать переломным в космической эволюции человечества. И эта эволюция востребовала тех, кто были так не похожи на других и несли в своем внутреннем мире энергетику, нужную этой эволюции, в какой бы земной форме эта энергетика ни проявлялась. Они были словно наполнены этой эволюцией, звучали ею и именно поэтому составляли ту особую энергетическую группу, которая влияла и на историю этого века, и на образ жизни его современников. В отличие от предыдущих ХХ век завершал собой целое тысячелетие и своей энергетикой определял основные эволюционные тенденции следующего, третьего тысячелетия. Он оказался мостом между двумя эволюционными эпохами, старой и новой, и служил как бы стартовой площадкой для перехода на новый эволюционный виток.

Именно это обстоятельство и обусловливало всю жизнь этого столетия в самых разных его аспектах: духовно-­культурном, социально-экономическом, политическом, научном и прочих. В пространстве и времени ХХ века сошлись самые острые кризисные противоречия: новое и старое, великое творчество и великие войны, революции и созидание, Добро и зло, Свет и тьма. Все это придало этому веку глубоко альтернативный характер. Или - или. Или жизнь или смерть, или Свет или тьма, или человек или зверь. Эта альтернативность распространялась не только на человека, как такового, но и на всю планету как космическое тело.

В начале века началась Духовная революция, захватившая в первую очередь Россию, лежащую в пространстве энергетического взаимодействия Востока и Запада. Эта революция меняла мировоззрение человечества. На смену социологическому мироощущению ХIХ века пришло космическое. Менялись научные подходы и научная методология. Новые открытия расширяли горизонт обозримого, все больше и больше росло предчувствие реальности иных миров, других - более утонченных - состояний материи. Складывалось новое художественное мышление, идущее от самых корней этих иных миров. Осознание их роли в земной жизни направляло совсем по новому пути и философию и искусство. Внутренний мир человека все больше привлекал внимание мыслителей, художников, философов. По-новому зазвучали нахождения древней мысли Востока. Русские философы и ученые говорили о целостном подходе к изучению явлений природы, и концепция человека как неотъемлемой части Космоса все больше находила свое подтверждение в научных, философских и художественных исканиях.

У наиболее чутких и одаренных натур росло предчувствие наступления новой эпохи творчества и возникновения в связи с этим нового человека. «Космичность человека, - писал один из крупнейших русских философов Н.А.Бердяев, - окончательно будет раскрыта лишь в творческую эпоху» [1, c. 136].

Русская философия Серебряного века исследовала самые сокровенные движения космической эволюции и писала о самой сути творчества человека, рассматривая это творчество в тесном взаимодействии с энергетикой Космоса, с тонкими влияниями на него Высших Миров.

Путь космической эволюции вел к одухотворению творчества, как такового, к повышению его иномерной энергетики, к сближению его с творящими силами Мироздания. В 1916 году Н.А.Бердяев писал, что мы стоим «на космическом перевале» перед «знаком подлинного творчества Мира Иного» [1, c. 117]. «Наступление творческой религиозной эпохи и означает глубочайший кризис творчества человека. Творческий акт будет созидать новое бытие, а не ценности дифференцированной культуры, в творческом акте не будет умирать жизнь. Творчество будет продолжать творение, в нем раскроется подобие человеческой природы Творцу. В творчестве будет найден выход субъекта в объект, восстановлено тождество субъекта и объекта. Все великие творцы предваряли этот переворот <…> Творчество в искусстве, в философии, в морали, в общественности переливается за границы своей сферы, не вливается ни в какие классические нормы, обнаруживает порыв к трансцендентному» [1, c. 132].

Иными словами, за «космическим перевалом» наступает творческая новая эпоха, где сотрудничество или взаимодействие с инобытием, или трансцендентным, будут важнейшими устоями эволюции, как таковой. Несколько лет спустя в новой философской системе - Живой Этике - появилось созвучное бердяевскому, но более четкое определение творчества. «Творчество нужно понять, - написано в одной из ее книг, - как соединение различных энергий, явленных Огнем пространства и духом человека. Наука будущего явит законы этих соединений, ибо нужно установить самую тонкую космическую кооперацию, так можно осуществить то, о чем думают огненные служители» [2]. И еще: «Расширение горизонта и границ творчества будет залогом новых форм и новых ступеней. На пути к Миру Огненному уявим огненное устремление и утончение чувств, и уплотнение мыслеформ» [2].

Создатели Живой Этики выдвинули в качестве эволюционной цели приближение к Миру Огненному, Миру духотворчества.

В это же время и появилось понятие: «героическое творчество». Такое словосочетание было новым и для многих непонятным. Прежде говорили о творчестве вообще, выделяли также жертвенное творчество художников и поэтов, но за героическим творчеством стояло что­то пока неясное, непознанное. Смысл такого творчества в ХХ веке раскрывался постепенно и далеко не всеми мог быть вмещен. Это определение было связано с формирующимся в ходе Духовной революции новым мышлением и появлением новых философских концепций эволюции человечества. Оно переводило сознание человека на новую, более высокую ступень, связанную с понятием энергетического мировоззрения, представлявшего Мироздание как грандиозную энергетическую систему, в которой взаимодействовали миры различных состояний материи, сам человек и его более высокие ипостаси одушевленного Космоса. Великие Учителя, или Иерархи, были теми, кто представлял эти ипостаси, неся в себе то, что стали называть героическим творчеством. Подобное творчество не только создавало великие произведения искусства или новые философии, поднимавшие сознание человечества, но и меняло жизнь человечества, подготавливая энергетические условия для его эволюционного продвижения. До XX века такое творчество было известно лишь святым и подвижникам. ХХ век придал героическому творчеству более широкий эволюционный характер, придвинул его вплотную к жизни, дав в удел тем великим индивидуальностям, которые находились в самой гуще этой жизни.

* * *

12 февраля 1879 года по новому стилю в семье петербургского архитектора Ивана Шапошникова родилась девочка, которую нарекли Еленой. Со временем девочка стала одной из известных петербургских красавиц, великолепной пианисткой и одной из самых образованных женщин России. С самого начала в ней были ярко выражены два мира - земной и тот, иной, откуда шли к ней видения прошлого и будущего, пророческие сны и внутреннее, довольно рано устоявшееся знание о тех Высших силах, с реальностью которых она столкнется впоследствии в своей земной жизни. Елена Шапошникова явно принадлежала к прометееву племени. Несмотря на всю свою редкостную привлекательность и женственность, она была тверда в своих решениях, смела в поступках и всегда ясно сознавала ту цель, к которой стремилась. В ней была та удивительная степень свободы, которая давала ей возможность преодолевать трудности, возникающие на ее пути, и слыть в светских кругах Петербурга человеком независимым, а подчас и просто своевольным. В глубинах ее существа, казалось, звенел тот свободный ветер монгольских степей и звучала бесконечная песня кочевника, которые перешли в ее кровь от бабушки­монголки, отличавшейся так же, как и она, боевым и свободолюбивым характером. Однако бабушка становилась совсем кроткой, когда в гостях у нее появлялся необычный, до сих пор не разгаданный пастырь Иоанн Кронштадтский. Он вел с ней продолжительные беседы, расспрашивая о внучке Елене, и, благословив, удалялся до следующего визита. Дед беспокоился за внучку, считая, что той передались не лучшие, с его точки зрения, черты характера его энергичной супруги. В то время революционные настроения стали охватывать молодежь, и дед опасался, что внучка станет революционеркой и, не дай Бог, кого-нибудь взорвет.

Но если в земной материи Елены Ивановны и таились подобные возможности, то им все же не дано было свершиться, поскольку ее ждала другая жизнь, по сравнению с которой судьба революционера покажется детской игрой. Жизнь, которая ей предстояла, имела другой космический - уровень. Когда Елена Ивановна вышла замуж за Николая Константиновича Рериха, уже признанного художника и ученого, и у них появилось двое сыновей - Юрий и Святослав, - близким показалось, что все теперь успокоилось и жизнь ее вошла в мирную житейскую колею - жены, матери, хранительницы домашнего очага. И вряд ли кто из них подозревал, что с этого-то все и начиналось… И если кого-то из ее соотечественников позвала революция, то Елена Ивановна Рерих была призвана космической эволюцией. То и другое было несопоставимым. Но, несмотря на это, она навсегда осталась женой, матерью и хранительницей домашнего очага. Она ни разу не изменила ни долгу жены, ни обязанностям матери, ни делу хранительницы Очага. В ней в великой гармонии слилось небесное и земное - со всеми их трудностями, задачами, страданиями и драматическими ситуациями. Ей пришлось вынести на своих женских плечах и то и другое. Она была Ведущей, сердцем и наставником в своей семье. И в то же время - Высоким Духом, изменившим энергетику планеты и подготовившим появление представителей Нового энергетического вида человечества. Она была не только ведущей, но и ведомой. Ее вели по жизни, через ее Великое Путешествие, Учителя, или Космические Иерархи, существование которых, несмотря ни на что, продолжает отрицать большая часть человечества.

В 1920 году она начала записывать первую информацию о новой философской системе, которую назвала Живой Этикой, - современную, целостную концепцию космической эволюции человечества, - и с тех пор продолжала это делать всю жизнь. Елена Ивановна вступила в реальное сотрудничество с тем Высшим миром, о важнейшей роли которого так глубоко и образно писали русские философы Серебряного века. Работа над Живой Этикой требовала у Елены Ивановны огромного напряжения и немалых усилий. В архиве МЦР хранятся ее записные книжки. По ним мы можем видеть, сколь велик и тяжел был ее труд. Сообщения издалека шли не только в словах, но нередко и в мыслеобразах. Она зарисовывала их, слова же записывала. Все это было необходимо затем соединить, систематизировать и представить читателю связный текст, посвященный сложнейшим сюжетам космической эволюции: Высшие миры, Мир Огненный, Иерархия Космоса, взаимодействие энергетических систем Мироздания, энергоинформационный обмен, роль энергетики человеческого духа в этом обмене, Великие законы Космоса и многое другое. Елена Ивановна записывала, а Николай Константинович Рерих запечатлевал все это на своих великолепных полотнах. Они работали вместе, как работали в древности жрец и художник, как трудились в старину святой и иконописец. Один видел, другой запечатлевал, или, по словам выдающегося русского философа Павла Флоренского, один видел мир иной и был его прямым свидетелем, другой же являлся свидетелем свидетеля, или, если можно так сказать, записывал свидетельские показания святого на иконных досках, расцвечивая их сверкающими красками. В совместной работе Елены Ивановны и Николая Константиновича была еще одна особенность: Елена Ивановна иногда сама зарисовывала то, что видела. Когда я работала в Бангалоре и готовила наследие старших Рерихов к вывозу в Москву, я наткнулась на аккуратно свернутые в трубочку выкройки. Вне всякого сомнения, они принадлежали Елене Ивановне, которой нередко приходилось самой шить: в семье не было особого достатка, да и отдаленное горное место - гималайская долина Кулу не имела нужных служб. На выкройках оказались зарисовки, сделанные рукой Елены Ивановны. Уверенные, выразительные линии свидетельствовали о художественной одаренности их автора. Сам же Николай Константинович не раз говорил, что его картины должны носить два имени - женское и мужское.

Уже в Индии, куда семья Рерихов приехала в 1923 году, началась подготовка Елены Ивановны к труднейшему космическому эксперименту, который проводили Учителя в связи с теми новыми целями, которые поставила космическая эволюция перед плотным миром земной материи.

И если сотрудничество с Космическими Иерархами в деле создания Живой Этики требовало безусловного мужества и могло быть названо героическим творчеством, то космический эксперимент можно было назвать сверхгероическим действием и сверхгероическим творчеством. Ф.Ницше писал о новом «сверхчеловеке», обладающем недюжинной силой и полной свободой ото всего. Не думаю, что то, что совершила земная женщина, было бы по силам этому апологету «сверхчеловека», не верящему ни во что, кроме себя.

Следуя плану эволюции, земная женщина, живущая внешне обычной жизнью, должна была пропустить через себя энергетику Высшего Мира, чтобы сделать человечество лучше, чище и утонченнее в энергетическом отношении. Именно таким образом Земля могла коснуться Неба и войти в контакт с иными мирами, взаимодействие с которыми было так необходимо ей для дальнейшего продвижения. Елена Ивановна должна была притянуть на нашу, обессиленную регулярным нарушением всех Космических Законов планету высшие энергии, высшие силы. Только это могло дать возможность Земле перейти на новый виток эволюционной спирали. «Творчество, - читаем мы в одной из книг Живой Этики, - проявляется на всем сущем, и ждущие энергии находят свое применение или в других циклах, или в других мирах и формах. Так огонь Агни йога создает свои формы, трансформируя силы вокруг себя. Так Тара (Е.И.Рерих. - Л.Ш.) устремляет течение и направляет рукотворчество новой ступени» [3]. И еще: «…Агни йог утверждается как прямая связь с дальними мирами <…> Так носительница «Чаши Сокровенного Огня» дает планете нашей пламенное очищение. Так творчество психодуховности вкладывается в Новую ступень. Когда космическая магнитная сила утвердит явление огней, тогда можно сказать, что близится Время Новое» [3].

На планете Земля в ХХ веке, в преддверии ее нового эволюционного витка, начиналось эволюционное действие, впервые в истории человечества научное описанное и осмысленное.

Действие проводили Космические Иерархи, те субъекты эволюции, которые могли на нее влиять и могли ею руководить строго в рамках Великих космических законов. Сами они стояли на разных ступенях космической эволюции и были по-разному приближены к Земле. Но там, внизу, на этой Земле, принеся свою Великую Жертву, оставалась она, русская женщина Елена Ивановна Рерих, жена своего мужа и мать двоих детей, от которой теперь зависела космическая эволюция планеты Земля. Но об этом тогда знали лишь самые близкие. И мало кто понимал, что с началом ее мучительного эксперимента над планетой загорелась заря Нового Мира.

«Урусвати (Е.И.Рерих. - Л.Ш.), - утверждал Тот, Кто руководил ее героическим творчеством, - явит земли сочетание с небом. Урусвати явит красоты меру симфонией сфер. Урусвати явит луч Света, проникающий стены. Урусвати явит Щит, показавший течение Светил. Урусвати явит полет стрел духа. Урусвати явит постижение плотности материи по желанию духа. Урусвати явит пустоту мысли, не зажженной духом, ибо наш путь - Земли во Дворец претворение» [4, c. 55]. И тут же: «Теперь растет новое понимание земного пути на Небо. Утвердить Храм можно лишь путем Земли. Когда тяжесть камней Храма с духа ляжет на Землю, вздохнем Все Мы. Урусвати чует. Урусвати знает. Урусвати явлена чудо на Земле зажечь. Урусвати Щита Нашего чистое покрытие надо соткать, потому говорю - "не мешайте Нашей Урусвати!"» [4, c. 55].

В этих двух фрагментах из «Огненного Опыта» содержится все основное: и специфика переживаемого планетой этапа космической эволюции, и цели, стоявшие перед Еленой Ивановной, которая пошла на мучительный и болезненный эксперимент, и, наконец, те достижения, которые принесет Земле ее труд. Она согласилась на обычное земное воплощение без всяких скидок для себя и без учета своих особенностей. Эксперимент должен был быть «чистым». От этой «чистоты» зависело качество того Нового Мира, на пороге которого все и свершалось. Это Они, Иерархи и Великие Учителя, следили за ее развитием в детстве, навевали ей сны и видения, через которые она постигала себя и все, что было с ней связано. Они держали Свой Щит над ней, стараясь уберечь ее от ненужных случайностей и облегчить ей земную жизнь. Они не могли оградить ее только от одного - от непонимания близких и окружающих. Те не верили в то, что она видела и слышала. Ее главный Наставник и Учитель вел ее от детства до последних ее земных дней. И Он же дал ей представление о той грандиозной космической задаче, которую она потом выполнит, пройдя сужденный ей путь героического творчества.

«Период от сорокалетнего возраста, - писала Елена Ивановна, - утвердился на новом достижении приближения к Наставнику и Учению Света. Наставник оявился сначала как Индус, но, когда сознание ученицы расширилось и научилось вмещать, Прекрасный Облик начал постепенно изменяться и принял наконец Величественный Облик Космического значения - Владыки Мудрости и Красоты, Владыки Священной Шамбалы.

Вместе с расширением сознания получилась новая возможность приближения к Сокровенному Знанию и принятию Огненного Опыта, и, наконец, участия в строительстве космическом в сотрудничестве с Великим Наставником, Владыкою Света» [4, c. 54].

Ее уникальные записи о «строительстве космическом», которые она назвала «Огненным Опытом», относятся к 1924 году, когда Рерихи жили в Дарджилинге и собирались в Центрально-­Азиатскую экспедицию. Эта связь в пространстве и во времени, возникшая между самим космическим экспериментом и намечавшейся экспедицией, лишний раз подтверждает значительную эволюционную нагрузку последней, тайна которой еще до сих пор не раскрыта до конца. Мы знаем только, что задачи следования по маршруту экспедиции такой личности, как Елена Ивановна Рерих, с ее Новой, Огненной энергетикой, сообщили этой энергетике качества магнита. По сути дела на маршруте Центрально­-Азиатской экспедиции произошла так называемая закладка магнитов. Тех магнитов, которые в свое время сформируют энергетические поля будущих культурных центров грядущего Нового Мира и Нового вида человечества. Героическое творчество Елены Ивановны Рерих создало необходимые условия для дальнейшего продвижения земного человечества по лестнице эволюционного восхождения. Приступая непосредственно к эволюционному творчеству, Учитель объяснял Елене Ивановне суть этого творчества, а также предупреждал ее о тех трудностях, которые встретятся на ее пути.

«Строение новых мировых комбинаций, - говорил Он, - не протекает так легко. Центры упраздняемые пытаются затруднить усилия новых. Новая память образуется. Переживем грозу и ливень» [4, c. 74]. «На три отдела разделяется Наша работа. Первый - изыскания улучшения земного плана. Второй - изыскания передачи людям этих результатов. Третий - изыскание способов сообщения с Мирами» [4, c. 74]. Она участвовала в формировании всех трех направлений, и в каждом из них присутствовали ее энергетика, ее боль и страдание. Сказать и написать обо всем этом было легко. Сделать - «неземно трудно», как оценила она сама такую работу. Возможно, именно она, как никто другой, понимала значение Земли в этом космическом творчестве, и, пройдя героически через все, постигнув высокую Истину «человеческими руками и ногами», она напишет потом: «Но на Земле, как в Горниле, самые разнообразные энергии сталкиваются, притягиваются и уявляются на очищении и трансмутации в более совершенные, или тонкие, энергии под воздействием огня пробуждения духа. От таких столкновений и неожиданных соединений различных энергий нарождаются новые энергии, несущие новое творчество, новые возможности. Земля есть место испытания, искупления и великого творчества. Место последнего Суда, ибо тут совершается отбор. Запомните <…> что только на Земле мы можем приобрести и ассимилировать новые энергии и обновить состав своих энергий» [5].

В этом состояла творческая концепция эволюционных сил Космоса. Прежде всего Земля, опора на нее, низведение на нее Высших энергий. Только таким путем можно преобразить плотную материю земного мира, утончив ее и повысив ее энерговибрационный потенциал. Учитель называл этот процесс: «на Земле касаться Неба» [4, c. 87]. Не уходить от жизни, не уходить от Земли…

«Высшая Директива - проявить Общение, не нарушая жизни» [4, c. 82], - говорил Учитель. Поворот космического творчества был новым и необычным. Он как бы рушил прежнюю традицию духовных наработок человечества и звал к новым высотам. Настал этап ускорения эволюции, и эволюционный коридор начал сужаться. Ускорение требовало новых концептуальных подходов, новых творческих методов. Скрытая от нас космическими тайнами, нашим собственным невежеством и нежеланием принять новое, творилась и развивалась не знающая пределов и границ Наука самого Мироздания во взаимодействии с духом и материей. Шло изумительное и фантастическое творчество одухотворенной Материи, рождающей в бесконечном синтезе беспредельной Жизни энергетические вспышки эволюционных Озарений. Шло героическое творчество, вторжение в область еще не познанного и подчас еще не проявленного. Происходило эволюционное открытие невидимых Миров для Земли и на Земле. Планету снаряжали в новый путь к Новому Миру и Новому человеку. И как заклятие звучали слова Космических Иерархов, обращенные к той, которая героически и самоотверженно взяла на себя земную тяжесть эксперимента: «Помоги Нам, помоги Нам, помоги Нам на всех путях. Новую связь Земли с Небом созидаем» [4, c. 100].

Тонкие лучи Космических Иерархов, как хирургические инструменты, формировали новый вид энергетики Елены Ивановны Рерих, в которой Земля сопрягалась с мирами иных, более высоких измерений и состояний материи. И в первую очередь в число этих Миров входил Мир Огненный, Мир духотворчества, без которого невозможны были ни обновление Земли, ни новый эволюционный виток, к которому стремился одухотворенный Космос. На каждом шагу этого героического творчества возникали свои трудности, свои опасности. В какой­-то момент этого необычного процесса стало ясно, что лучи могут перейти «в волны огня, сжигающего оболочку центров» [4, c. 100]. Для жизни Елены Ивановны возникла смертельная угроза. Можно было пойти в обход и передать ей все нужное путем постепенного накопления, без воспламенений. Но в этом случае исключался принцип красоты, созидающийся на огненной основе. Учителя понимали, что «сейчас без красоты нельзя подвинуть. Все можно претерпеть, лишь бы сохранить основание красоты… Явление огня надо уберечь, иначе Костер духа может сгореть без смысла» [4, c. 101].

Нам не дано пока знать, как была решена эта проблема. Очень многое зависело от самой Елены Ивановны. От ее мужества, от ее высокого духа. Она шла через пространство истинно героического творчества не дрогнув, не свернув на более легкий и потому менее напряженный в энергетическом отношении путь, который мог привести к невосполнимым потерям. И только ее героизм и непреклонность в устремлении выполнить ей сужденное спасли оболочки ее центров и сохранили огненное явление Красоты во всем ее энергетическом богатстве и многообразии форм. Она прошла буквально по лезвию бритвы. Чего же ей это стоило, знала только она одна. Временами она испытывала огромные энергетические перегрузки. Каналы общения пробивались один за другим. Канал связи с Учителем, ощущение Его Луча были давними и привычными. Но космическое творчество, подготовка новой ступени эволюции требовали ее сотрудничества со многими Высокими Духами, которые находились в энергетическом центре планеты Земля, называвшемся в различные исторические эпохи по-разному: Братство, Шамбала, Священная Страна, Беловодье и т.д. Энергия Их лучей, очень высокого напряжения, временами вызывала боль во всем теле. Именно тогда же, через открытый канал общения, стала поступать информация о внутренней жизни Братства Космических Иерархов, используя которую она собрала книгу, дав ей название: "Надземное". В 1946 году в одном из своих писем в Америку она как бы подведет итог совершенному ею. «Ведь наступающая эпоха, - напишет она, - приоткроет завесу над Миром Надземным. Многое станет очевидным и доступным земным чувствованиям <…> Границы между духовным и материальным, между земным и надземным начнут постепенно стираться, и люди еще при земной жизни будут сознательно готовить себе приложение в Мире Надземном. И сама земная жизнь не будет бессмысленным обрывком, но явится сознательным творчеством, выполнением и продолжением принятого на себя задания в обоих мирах!» [6]

Земля стремительно шла к новому эволюционному витку, и как будто издалека доносился голос Учителя: «Мой Дом теперь в Пустыне, куда Мы собрались для построения Новой Эпохи» [4, c. 101]. Место, где находились Учителя, Елена Ивановна посетила еще до Центрально-­Азиатской экспедиции. Она прошла в него одна из Сиккима, где временно поселилась семья Рерихов. Прошла через душные субтропические леса, через крутые склоны гор. Сама, своими ногами, испытывая все трудности и неудобства, связанные с таким путем. Ее сопровождали только проводники, сменявшие один другого. Она не знала их языка, они не понимали ее. Энергетический барьер, окружавший священное место, она преодолела с трудом и очень болезненно. Но преодолела, ибо ее энергетика уже тогда была тонка, а дух высок. У нас пока нет подробностей этого визита. Мы знаем только, что ей показали Музей, в котором хранились уникальные экспонаты, повествующие о космической эволюции нашей планеты, и тот таинственный метеор из созвездия Орион, осколок которого уже находился у нее с 1923 года.

«…Камень покоится на подушке, - сообщал Учитель, - которая лежит на основании из мрамора и отделена кругом металла Лития. Там, после ритма, молча напитываем пространство. Глубоко лежит это Хранилище, и многие не подозревают, как во время их сна Белое Братство сходится по галереям на ночное бдение»[4, c. 90]. Это «ночное бдение» точно и выразительно изображено Николаем Константиновичем Рерихом в картине «Сокровище гор». Пещера, спрятанная глубоко под землей, огромные кристаллы горного хрусталя, таинственный золотистый свет, заливающий фигуры в длинных светлых одеждах, Чаша с пламенем в руках Главного и нечетко обозначенный предмет на «основании из мрамора». «Ночное бдение» - очень важное энергетическое действие, приводящее ритм планеты в соответствие с ритмом Космического Магнита. Энергетический ритм самого Камня есть ритм Космического Магнита, или Сердца нашей Вселенной, которое находится в пространстве созвездия Орион. Энергетика Елены Ивановны Рерих была согласована с ритмами Космического Магнита именно через этот Камень. Иначе эволюционный эксперимент не смог бы состояться. «Когда центры, - сказано в одной из книг Живой Этики, - могут пламенно отражать волю Космического Магнита, тогда психодинамика духа соединяет планы Высшие с планетою» [7].

Дыхание, или энергетический ритм, Космического Магнита определяет зарождение и умирание Вселенных, или их стягивание и расширение. Поэтому любое космическое творчество должно идти в режиме этого Магнита, иначе оно не принесет желаемых результатов. В Камне, сообщал Учитель, «заключена частица Великого Дыхания - частица души Ориона. Явил смысл Камня. Указал на Сокровище Великого Духа. Урусвати, надо приобщить Камень к твоей сущности. Камень, находясь при тебе, ассимилируется с твоим ритмом и через созвездие Ориона закрепит связь сужденным путем» [4, c. 58].

На этот раз Эволюция вручила Камень, или Сокровище Мира, женщине. Ибо над новым витком Космической эволюции восходила голубая звезда Матери Мира, предвещавшая, что с именем женщины начинается Новый Мир. Мир, энергетически подготовленный героическим творчеством Елены Ивановны Рерих. Как фантастически это ни звучит, но это так. Если осмыслить то, что она сделала, подняться сознанием до космической сути ее героического творчества, то иллюзорность фантастики уступит место осознанию подлинной реальности.

Эволюционное действие, в котором Елена Ивановна была главным действующим лицом, завершилось в середине 1924 года, а потом продолжалось всю оставшуюся ее земную жизнь. С этого момента Великий Дух, заключенный в теле земной женщины, будет ощущать и ассимилировать каждую новую энергию, приходящую из Космоса. Она будет приводить ее в соответствие с земным эволюционным процессом и давать этому процессу свой энергетический импульс. Она будет находиться в энергоинформационном взаимодействии с Братством, Космическими Иерархами, иными мирами и, наконец, с Космическим Магнитом. Ее земное тело, измененное и утонченное экспериментом, уже не сможет существовать так, как существуют остальные земные тела. Оказавшись как бы распятой между плотным миром Земли и Огненным Миром Высшей Материи, она будет нести в себе оба мира, стремясь уравновесить их энергетически и духовно. Ее тело обретет энергетику Шестого энергетического вида человечества, ибо она стала его земным творцом и космическим собирателем.

Ей нужны были новые условия для собственного существования, но старый земной мир, доживающий свои последние космические мгновения, не сможет ей их предоставить. Даже в умеренной полосе гималайской долины Кулу ей требовалось искусственное охлаждение, которое хотя бы в какой­то степени могло унять болезненность ощущения мощного пламени ее огненных энергий. Для того чтобы заснуть, она должна была ставить рядом с кроватью мешок, наполненный льдом и снегом, принесенным со снежных вершин гор. Она ощущала острые боли в сердце, мешавшие ей нормально дышать и жить. Когда я работала с наследием, то наткнулась на чемодан, наполненный строфантом, которым Елена Ивановна пользовалась, чтобы снять сердечные боли. Боли в предплечьях, откуда истекала огненная энергетика, были настолько мучительны, что не находили для своего выражения земных слов. В непередаваемых болях и великих страданиях она прокладывала людям земной путь к высотам космической эволюции. Они же, эти люди, даже и не подозревали, что без нее Земля не совершит перехода на новый виток спирали космической эволюции, а человечество не получит нужную для дальнейшего продвижения энергию.

«Мне уже 70 лет, - писала она в конце жизни, - и я прошла Огненную Йогу <…> Как неземно трудно принимать в физическом теле, среди обычных условий, огненные энергии. Огненная трансмутация утончила мой организм, я остро чувствую всю дисгармонию и все пространственные токи, мне трудно среди людей, и сейчас монсун (дождливый сезон. - Л.Ш.) и духота, с ним сопряженная, очень утомили меня. Сердце часто дает «мертвые точки», и приходится прибегать к строфанту, этому моему спасителю. Кроме того, и времени у меня мало, ибо много часов уходит на сообщения и переписывание их. Зрение мое тоже ослабло, и мне трудно писать мои записи, записанные часто бледным карандашом. Все эти записи требуют приведения в порядок, а приток новых не прекращается» [8]. Эти пронзительные слова «неземно трудно» говорят сами за себя…

Но ни ее Великая эволюционная миссия, ни те изменения, которые в ней произошли, не избавили ее от обычных земных забот. Жизнь со всеми ее трудностями, хлопотами и неудачами оставалась с ней и была неотъемлемой частью ее земного существования. Она потеряла мужа, глубоко ею любимого и почитаемого. Николай Константинович Рерих, великий художник, мыслитель, ученый и ее неизменный сподвижник, умер в декабре 1947 года. «Светлые Духи, - писала она в одном из писем, - уходят перед наступлением тьмы, и Облики Их остаются единственными Светочами во мраке грядущих бедствий» [9]. И потом еще через два месяца: «Действительно, кто сможет настолько посвятить всего себя такому постоянному предстоянию перед величием и красотою этих Вершин, воплотивших и охраняющих величайшую Тайну и Надежду Мира - Сокровенную Шамбалу» [10].

Еще долго после ухода Николая Константиновича земная, лютая тоска сжимала ее огненное сердце. Она хотела вернуться на Родину, чтобы потрудиться во имя ее. Ни ее героическое космическое творчество, ни ее земные заботы не смогли заглушить в ее сердце память о Родине. «Я должна вернуться в Россию», - повторяла она. С течением времени был создан миф о том, что Елена Ивановна не хотела этого делать. Это утверждение не имеет оснований. Она рвалась на Родину, хотя, можно предположить, она знала, что ее там ожидало… Она обладала удивительным даром предвидения. Еще до начала Второй мировой войны она знала, что немцы вторгнутся в Россию. Но ни Москвы, ни Ленинграда, говорила она, немцам взять не удастся. Целая серия пророческих картин, написанных Николаем Константиновичем перед Великой войной, была сделана по видениям и предчувствиям Елены Ивановны. Во время войны она, насколько позволяли возможности, следила за ее ходом, но вопреки очевидности картина «Победа» была написана Николаем Константиновичем задолго до действительной победы над фашистами.

Накануне своего ухода Елена Ивановна еще раз повторила слова: «Не может быть, чтобы я не приехала (в Россию. - Л.Ш.). Я должна приехать!» Эти слова передал ее старший сын Юрий Николаевич Рерих латышскому поэту Рихарду Яковлевичу Рудзитису [11]. «Я должна приехать!» Но где-то глубоко внутри она понимала, что план изменился и вряд ли это состоится. И все же надежда на возвращение на Родину жила в ней до последнего ее вздоха. В начале 1948 года Елена Ивановна и Юрий Николаевич покинули Кулу и приехали в Дели. Столица Индии встретила их трауром. Великий вождь национально-освободительного движения М.К.Ганди был убит во время молитвы религиозным фанатиком. Елена Ивановна тяжело переживала эту смерть. Из Дели они направились в Бомбей, куда были перевезены часть библиотеки, картины Николая Константиновича и архив Елены Ивановны с бесценными записями о сотрудничестве с Учителями и описанием того космического эксперимента, о котором уже было рассказано. Оба они, Елена Ивановна и Юрий Николаевич, ждали прибытия в Бомбей парохода из России, который должен был доставить им въездные визы.

Пароход все не приходил, ожидание затягивалось. Кончился жаркий сезон, затем начались проливные дожди. Многие рукописи, плохо защищенные, испортились. Елена Ивановна переписала их вновь собственной рукой. Наконец пришел пароход, но виз не привез. Родина отказала своей Великой дочери во въезде.

Больше не было смысла оставаться в жарком Бомбее, где Елене Ивановне было трудно дышать и работать. В Кулу, где ей все напоминало о Николае Константиновиче, она возвращаться не хотела. Они уехали в Восточные Гималаи и поселились в небольшом курортном городке Калимпонге. Сначала они жили в гималайском отеле, затем Юрию Николаевичу удалось снять одноэтажный дом с мансардой. Дом назывался «Крукети». Мансарда с низким косым потолком стала спальней и кабинетом Елены Ивановны. Там она писала письма своим американским друзьям - об организации Комитета Знамени Мира, о картинах Николая Константиновича, об издании и переводах книг Живой Этики. Она вспоминала о чудовищном предательстве Хорша, бывшего сотрудника нью-йоркского Музея Николая Рериха, сообщала о нелегком положении в Индии, только что сбросившей колониальное иго, о войне в Кашмире и о многом другом, ибо всегда остро интересовалась политикой и умела ее реально и взвешенно оценивать. Но годы давали себя знать, и она все больше и больше уставала и от продолжавшейся важной работы, и от острых болей, по-прежнему терзавших ее страдающее тело.

Она хорошо понимала, что времени у нее с каждым днем остается все меньше и меньше, и дорожила каждой минутой. Она позволяла себе немного погулять только вечером. Она медленно спускалась по деревянной лестнице со своей мансарды и выходила в небольшой партер, украшенный цветочными клумбами. В «Крукети» всегда было много цветов. К вечеру цветы пахли остро и тревожно. Она сходила по склону к сосновой аллее, откуда был виден хребет Канченджанги. Вечерние снега Священной горы светились розово и таинственно. Потом она снова поднималась к себе, окно в ее комнате вспыхивало мягким желтым светом. «Космическая ступень близится, и нужно встретить ее мужественно» [12], - писала она.

Ее героическое творчество и героическая жизнь подходили к концу. Она знала, когда уйдет, и записала карандашом в 1955м: 6 октября. Она ошиблась всего лишь на один день. Ее уход состоялся 5 октября 1955 года. До этого она сказала Юрию Николаевичу, как все надо сделать. Сын отводил от нее глаза, стараясь судорожно сглотнуть комок, застрявший у него в горле. Он согласно кивал головой, не в состоянии произнести ни слова. Она успокоительным жестом коснулась его руки и сказала: «И еще пусть будет музыка. Помнишь, у Вагнера, в его "Валькирии", - "Заклятие огня"?» Она не знала, что пластинка с «Заклятием огня» осталась в Бомбее, с частью их багажа. В провинциальном полусонном Калимпонге Вагнера ни у кого не оказалось. Поэтому ее желание не было выполнено.

«Уход Елены Ивановны был настолько болезненным, - рассказывал Юрий Николаевич Р.Я.Рудзитису, - что невозможно вспоминать. Ночью приступ, врач, которого вызвали, не пришел, сказал, что нет шофера, ей дали какие­-то лекарства. На второй день новый приступ» [11]. И так несколько дней. Накануне ухода разыгралась страшная буря, сломавшая несколько деревьев рядом с домом. 7 октября наступил день кремации. Елена Ивановна, вспоминает Юрий Николаевич, «оставалась свежей, удивительно красивая, замечательно красивая, ясная в своей белой одежде» [11].

…Был солнечный осенний день, и воздух был необычно прозрачен и искрился каким­то нездешним светом. Над Калимпонгом встала громада Канченджанги. Голубой свет лился на ее снега, и казалось, что и священный хребет, и небо слились вместе, а всегдашняя граница, отделявшая горы от неба, словно растворилась в сиянии, стоявшем над городом, и уплыла куда-то в заоблачную даль. Двенадцать индийцев (шесть коммунистов и шесть конгрессистов), сменяя друг друга, понесли носилки на гору Турпиндара, где уже был приготовлен кремационный костер.

Потом там воздвигли белоснежную ступу, к которой до сих пор приходят паломники. Позже рядом со ступой построили желтошапочный буддийский храм…

* * *

Чем больше проходит времени и чем глубже мы проникаем в смысл героического творчества Елены Ивановны Рерих, тем яснее проявляется и будет проявляться великий смысл содеянного ею и теми, кто стоял рядом с ней. Наследие, которое они оставили нам, неисчерпаемо. Затронувшее во времени лишь по краю нашу эпоху, оно устремлено своими научными, художественными открытиями в Грядущее, в тот Новый Мир, для которого героическое творчество, соединяющее миры различных состояний материи во имя эволюционного продвижения человечества, будет не исключением, а правилом. Именно ради этого страдала и тяжко трудилась великая русская женщина, мать своих сыновей и жена своего мужа Елена Ивановна Рерих.

______________________

Литература

 

1. Бердяев Н.А. Философия творчества, культуры и искусства. М., 1994. Т. 1.

2. Мир Огненный. Ч. III.

3. Беспредельность.

4. Рерих Е.И. У порога Нового Мира. М., 1994.

5. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 28.06.48 / ОР МЦР.

6. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 14.08.46 / ОР МЦР.

7. Беспредельность, 178.

8. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 12.10.49 / ОР МЦР.

9. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 07.02.48 / ОР МЦР.

10. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 09.04.48 / ОР МЦР.

11. Беседы Р.Я.Рудзитиса с Ю.Н.Рерихом / Архив Гунты Рудзите.

12. Письмо Е.И.Рерих З.Г.Фосдик от 31.12.49 / ОР МЦР.

 

 

В оформлении страницы использована картина Н.К. Рериха. Канченджанга.1944